Эра сомнений
Собралась как-то редакция поговорить про дистант с Дмитрием Эммануиловичем Шнолем. Тема, уже не так сильно беспокоящая всю в школу в целом, но уж точно настигающая каждого. Сначала задавали Дмитрию Эммануиловичу вопросы про жизнь учителя на удаленке, а потом сбились с пути. Поговорили и про массовое искусство, и про постсоветское образование, и про будущее. В конце неожиданно вернулись к дистанту. Но, надеюсь, так произошло только в нашем разговоре. Никаких «все дороги ведут на дистант»!
Дистант — прибежище для сов и интровертов. Звучит логично, но я почему-то об этом раньше не задумывалась. Дистант — мостик между прошлым и будущим. Вполне естественно, что после обсуждения дистанта мы перешли к футурологии. Дистант — это новое понимание образования в целом. Дистант? Похоже, это нечто большее, чем ноутбук, Zoom и чашка чая. Во-первых, было интересно услышать, почему дистант хуже очного образования. Основная миссия учебных заведений, как оказалось, не давать знания.
На официальном сайте «Летово», например, написано, что миссия школы — «обеспечить всем способным и мотивированным школьникам из любых уголков страны возможности для получения качественного образования мирового уровня и раскрытия их интеллектуального и творческого потенциала». Ну ладно, здесь получение знаний так или иначе зашифровано. Но учиться, получается, можно и на дому. Зачем в школу ходить? У некоторых голова лучше соображает в тишине и покое!
И тут даже речь не идет о том, что человек — это биосоциальное существо, и школа развивает навыки общения. Проблема скрывается именно в образовательной стороне школы. Дело в том, что за мониторами не видно идей. Не понятно, кто как рассуждает, где зарождается решение обсуждаемой проблемы, когда начинаются чудеса. Каким-то техническим навыкам через камеру обучить можно, а умению думать?.. С этим сложнее.
В университетах такой проблемы нет. Там другой формат, и люди приходят туда именно за образованием (ну и за связями, конечно). И как показал дистант, получать знания уровня Оксфорда можно и сидя в квартире в Новороссийске. Заходишь в интернет, немного блуждаешь там и находишь те курсы, которые тебе нужны. Так и быстрее, и демократичнее. Что тебе хочется, то и выбираешь.
Возможность выбирать — это, наверное, отличительная черта сегодняшнего общества, да и мира в целом. Даже самих процессов выбора много! Можно посмотреть что-то онлайн, можно посоветоваться с родителями, можно почитать отзывы, можно по старинке съездить взглянуть... Можно всё! Вариантов так много, что нужно найти один единственный, который подходит именно тебе. Сам процесс поиска превращается в цель, потому что искать становится интересно и любопытно. Но если вариантов много, много и мусора.
Так в любой области. Например, в музыке. Искусство стало массовым, и практически каждый уважающий себя человек должен написать одну песню в своей жизни. С одной стороны, это хорошо, потому что люди начинают понимать, что является искусством, просто анализируя, смогли бы они так или нет. А с другой стороны, огромное количество информационных шумов раздражает и усложняет процесс поиска. Особенно, когда некоторые шумы воспринимаются довольно большой группой людей как что-то прекрасное (тут мы бесконечно приводили в пример Моргенштерна, и я, пожалуй, придержусь этой традиции, потому что больше музыкантов, даже неумелых, я обижать не хочу, а Моргенштерна уже вроде как и не жалко).
И если в мире существует огромное количество информационных шумов, создаваемых людьми, что делать с шумами, создаваемыми роботами? Особенно интересен довольно философский вопрос о том, умерла ли музыка, если есть искусственный интеллект, способный просто перебрать все возможные мелодии 4 такта длиной, состоящие из нот диапазоном в две октавы. Так искусство умерло, или оно перерождается, или оно остается таким как есть? Так вот, как говорит Дмитрий Эммануилович, кризис в искусстве есть, это правда. Но не из-за искусственного интеллекта. Программа может создать великолепные стихи, но мёртвые.
Фикрайтер может написать отличное продолжение для любимого сериала, но мертвое. В каком смысле мертвое? Ну, не мертвое, согласна, но точно полуживое. Потому что в нем нет искры вдохновения, какого-то мозгового сдвига. Оно слеплено из осколков других произведений, поэтому оно не может быть живым. И, получается, искусству эти информационные шумы не мешают, так, идут в ногу с ним, главное, что под ноги не попадаются.
И дистант научил многих, я думаю, отлавливать этих мелких информационных букашек. Дистант вообще, кажется, ввёл нас в новую эру. Эру выбора, поиска и... Наверное, сомнений. Хотя... не уверена :)
И тут даже речь не идет о том, что человек — это биосоциальное существо, и школа развивает навыки общения. Проблема скрывается именно в образовательной стороне школы. Дело в том, что за мониторами не видно идей. Не понятно, кто как рассуждает, где зарождается решение обсуждаемой проблемы, когда начинаются чудеса. Каким-то техническим навыкам через камеру обучить можно, а умению думать?.. С этим сложнее.
В университетах такой проблемы нет. Там другой формат, и люди приходят туда именно за образованием (ну и за связями, конечно). И как показал дистант, получать знания уровня Оксфорда можно и сидя в квартире в Новороссийске. Заходишь в интернет, немного блуждаешь там и находишь те курсы, которые тебе нужны. Так и быстрее, и демократичнее. Что тебе хочется, то и выбираешь.
Возможность выбирать — это, наверное, отличительная черта сегодняшнего общества, да и мира в целом. Даже самих процессов выбора много! Можно посмотреть что-то онлайн, можно посоветоваться с родителями, можно почитать отзывы, можно по старинке съездить взглянуть... Можно всё! Вариантов так много, что нужно найти один единственный, который подходит именно тебе. Сам процесс поиска превращается в цель, потому что искать становится интересно и любопытно. Но если вариантов много, много и мусора.
Так в любой области. Например, в музыке. Искусство стало массовым, и практически каждый уважающий себя человек должен написать одну песню в своей жизни. С одной стороны, это хорошо, потому что люди начинают понимать, что является искусством, просто анализируя, смогли бы они так или нет. А с другой стороны, огромное количество информационных шумов раздражает и усложняет процесс поиска. Особенно, когда некоторые шумы воспринимаются довольно большой группой людей как что-то прекрасное (тут мы бесконечно приводили в пример Моргенштерна, и я, пожалуй, придержусь этой традиции, потому что больше музыкантов, даже неумелых, я обижать не хочу, а Моргенштерна уже вроде как и не жалко).
И если в мире существует огромное количество информационных шумов, создаваемых людьми, что делать с шумами, создаваемыми роботами? Особенно интересен довольно философский вопрос о том, умерла ли музыка, если есть искусственный интеллект, способный просто перебрать все возможные мелодии 4 такта длиной, состоящие из нот диапазоном в две октавы. Так искусство умерло, или оно перерождается, или оно остается таким как есть? Так вот, как говорит Дмитрий Эммануилович, кризис в искусстве есть, это правда. Но не из-за искусственного интеллекта. Программа может создать великолепные стихи, но мёртвые.
Фикрайтер может написать отличное продолжение для любимого сериала, но мертвое. В каком смысле мертвое? Ну, не мертвое, согласна, но точно полуживое. Потому что в нем нет искры вдохновения, какого-то мозгового сдвига. Оно слеплено из осколков других произведений, поэтому оно не может быть живым. И, получается, искусству эти информационные шумы не мешают, так, идут в ногу с ним, главное, что под ноги не попадаются.
И дистант научил многих, я думаю, отлавливать этих мелких информационных букашек. Дистант вообще, кажется, ввёл нас в новую эру. Эру выбора, поиска и... Наверное, сомнений. Хотя... не уверена :)
Дарья Лашутина
